Айхалли Хиайентенно
Это же Ангамандо, чувак!..
Статья писалась изначально с опорой на знаменитые "Законы и обычаи Элдар", взятые в качестве примерного образца и содержит выдержки из таковых.



Эльдар взрослели телесно медленнее, чем люди, но разумом - много быстрее. Они начинали говорить еще до того, как им исполнится один год, и в том же возрасте учились ходить и танцевать, ибо их тела скоро начинали подчиняться их воле. Тем не менее, в начале жизни между детьми Двух Народов было мало различий, и человек, увидевший эльфийских детей за игрой, мог легко поверить, что это дети Людей, некоего прекрасного и счастливого народа. Ибо в ранние свои дни дети эльфов еще восхищались миром вокруг них, и огонь их душ не сжигал их, и бремя памяти было еще легко им

Что мы видим на рельсах под землёй? Ровно то же самое - маленькие метрожители тоже взрослеют физиологически медленнее, а разумом ощутимо быстрее, чем люди. А вот дальше - не совпадает, и не в пользу метрожителей, увы. Во-первых, у маленьких квэллиэн, к сожалению практически всегда очень хрупкое здоровье, они намного слабее и болезненнее "человеческих детёнышей", и перепутать нежных квэйлят с детьми другого народа невозможно. Во-вторых же (к счастью) никакой "огонь душ" подземных жителей не "сжигает", ни маленьких, ни взрослых. Напротив, достигнув пубертатного возраста, дитя квэллиэн становится существом, весьма гармоничным и духовно и физически, да к тому же, довольно сильным и выносливым. Повышенная уязвимость квэйлят - возрастной признак, она проходит. А вот малыши-метрожители, увы, не могут порадовать ничьего взгляда резвостью и энергичностью. Да и особой грацией движений тоже.

Ибо к концу третьего года жизни дети смертных начинали перегонять эльфов, торопясь вырасти, пока для эльфов длилась первая весна детства. Дети Людей могли совсем вырасти, пока эльдар того же возраста оставались телом подобны детям смертных, не достигших и семи лет. Не ранее пятидесятого года жизни достигали эльдар того роста и принимали тот облик, в котором жили всю дальнейшую жизнь, и до сотни лет могло пройти, прежде чем они становились взрослыми.]

Не совпадает. Психологическая юность у квэллиэн длится не меньше трети всей их жизни. А вот физиологическая достигается в среднем, всего несколько позже, чем у людей. Так что метрожители произвели бы на наблюдателя скорее обратное впечатление - на вид вполне сложившийся юноша\девушка, а детство как период первичного набора информации ещё и не думает заканчиваться. Кстати, этим во многом объясняется и невероятная креативность, свойственная подземному народу - они очень долго сохраняют детски-непредвзятый взгляд на вещи. Да и потом "взрослость" отнюдь не означает у них инертности мышления, они не "устают от жизни", кроме, конечно, тех случаев, когда эта самая жизнь объективно ужасна и состоит почти сплошь из разочарований и потерь. (В отличие, опять же, от Элдар). Кстати, метрожители стрессоустойчивы до невероятных пределов, но, увы, если психика их всё-таки "ломается", то - раз навсегда и уже непоправимо. Доведение до настоящего предела отчаянья скорее всего превратит метрожителя в настоящего маньяка, одержимого навязчивыми идеями, чаще всего это идеи мести, "очищения" Города от неполноценных существ етс. Таких маньяков принято называть Койитринниэнн - "Обесточенные". Кого-то из Элдар, согласитесь, маньяком вообразить трудно.

Эльдар вступали в брак по большей части в юности, вскоре после достижения пятидесяти лет. Их дети были немногочисленны, но очень им дороги. Их семьи, или дома, были связаны любовью и глубоким чувством родства духовного и телесного, и дети мало нуждались в воспитании или обучении. Редко бывало в каком доме более четырех детей, и число их с течением лет росло все медленнее, но даже в древние дни, пока эльдар было еще немного, и они стремились увеличить свое число, Феанор был прославлен как отец семи сыновей, и история не знает никого, кто превзошел его

Квэллиэн вообще не вступают в брак. Им плохо понятен самый смысл этого действа. В отличие от тех же Элдар и людей (а так же и Грузовиков) для метрожителя понятие кровного родства значит предельно мало, а их семьи - скорее не семьи, а коммуны, состав которых может меняться в зависимости от степени совместимости или несовместимости скорее душевной. Можно приехать и уехать, можно "развестись" с одной семьёй и отправиться искать себе другую. Родившиеся дети считаются общими для коммуны и остаются в ней, пока сами того хотят. Если детей много, нескольких допускается даже "подарить" бездетным соседям. Наследование тоже происходит не по линии кровного родства, а по линии личного ученичества, некоего духовного воспреемничества. Эти узы называются тьелльха, тьельхирин (от "тэльхэ" - "продолжать"). И вот о них стоит рассказать чуть подробнее.
Тот, у которого ни разу не было тэльхориэнн - воспреемников, "детей духа" считается ничего не достигшим, полностью несостоявшимся неудачником, это - трагедия. В одной народной песне говорится: "Никто не назвал меня тьельхиро,\А ведь я объехал весь город.\Зачем мне холмы Дариалля,\ И Тэйрина древние стены,\ Зачем мне мосты кружевные\ И закат, отражённый в Арве?\ Никто не зовёт меня тьельхиро -\ Зачем мне сердце моё?"
Тьельхори, или тиильхори кому-либо можно стать в любом возрасте, выбор всегда - за "учеником", а не за "учителем", всё иное считается бесчестьем, за которое могут и из семьи выгнать. Отношения эти закрепляются приношением "тьелльна-интьэ" (другое название "аймитэнна") - ритуального дара. Это должна быть вещь, заключающая для дарящего некую личную символику, и непременно сделанная своими руками, либо же найденная, но ни в коем случае не купленная и не полученная в подарок от кого-то другого. Одаренный же должен сложить в ответ небольшое стихотворение, которым оформляется принятие, или же отказ (последнее очень редко). После чего новоявленные Тьельхиэн устраивают праздник, на котором оделяют всех угощением, непременно приготовленным совместно. После праздника они наедине отправляются в какое-либо из "классических мест", где захоранивают, "посвящая Городу на веки веков" какие-то дорогие для них мелочи, символизирующие их самих. В случае разрыва союза "секретик" изымается и уничтожается.
Тьелльха - единственные узы, которые считаются важными и почитаемыми, в плане сексуальной жизни царит самый откровенный промискуитет, не допускается только соитие близких кровных родственников - по причинам чисто медицинским. Поэтому мелодраматические сюжеты, истории любви воспринимаются как "скучные", если они не дополнены чем-то "более интригующим" - соперничеством в искусстве, приключениями, криминальной историей и т. д. Но вместе с тем квэллиэн - прекрасные родители, обожающие своих детей, безразлично, кровных, или приёмных. Вместе с тем многодетность - редкость, больше четырёх малышей у одной дамы - редкость исключительная. Родство, если уж его для чего-то требуется исчислять, ведётся по женской линии, а не по мужской.
Так же почитаются соратнические (и соавторские ) отношения, соперничество в каком-либо мастерстве и мистические связи. Всё это тщательно и скрупулёзно исследуется литературой.

Во всем этом, кроме рождения детей, нэри и нисси (что значит - мужчины и женщины) эльдар равноправны - разве что (как говорят они сами), для нисси сотворение нового по большей части проявляется в сотворении их детей, так что изобретение и изменение, напротив, по большей части производят нэри.

Женщины-квэллиэн ненамного уступают мужчинам в силе и выносливости. Да и беременность сама по себе обычно переносится легко, без обычных, увы, для человеческой женщины токсикозов и прочих неприятных эффектов. Так что никаких оснований для какого-либо "неравенства полов" не возникает. Единственное исключение - строительство и ремонт, эти работы традиционно считаются "мужскими" не из-за их тяжести и трудоёмкости даже, а скорее из-за того, что всё незыблемое, прочное, основательное, делаемое на века считается у Ирханы относящимся к мужскому началу, как всё скорее подвижное, зыбкое, изменчивое - к женскому. Любопытно, что и врачевание и уход за больными рассматривается традиционно скорее как мужское занятие. Конечно же, все эти разделения носят скорее ритуально-традиционный и рекомендательный характер, но квэйлинку на бульдозере вы вряд ли когда-либо увидите, а смысл слова "медсестра" скорее всего ускользнёт от ума метрожителя, "медбрат" для него гораздо естественнее. Обязанности по организации быта и охране территории равно несут оба пола, от них освобождаются дети, не принявшие ещё полного имени, а так же - по возможности - поэты, музыканты, "заклинатели мест" и прочие подобные деятели, чья работа требует постоянного сосредоточения на собственном внутреннем мире.
Вообще все необходимые дела делятся на "инитэру" - работу совсем не вдохновляющую, но, к сожалению, жизненно необходимую и "мёрихиру" - деятельность, направленную на творчество и познание. Первая, разумеется, считается по отношению ко второй исключительно прикладной заботой, призванной обеспечивать возможность для занятия второй. Невозможно представить себе квэйла, чьи помыслы сосредоточены исключительно на обустройстве дома, достижении материального благополучия етс. А одна из главных причин их презрения к людям состоит как раз в том, что люди "почитают инитэру превыше мёрихиры", то-есть, по меркам метрожителей, предаются совсем уж нелепому извращению житейской логики.
Примечательно, что при этом забота о домашних животных и общение с ними считается не инитэрой, а мёрихирой.

Стоит так же немного сказать и об именах, а так же о важнейших вехах в жизни взрослеющего Хранителя Подземных Рельсов.

Первое имя по возможности всегда даётся матерью. По смыслу оно "пожелательное", и обычно избирается в честь некого явления, или предмета, который мать считает особенно прекрасным, сознательно, или бессознательно полагая, что часть его, предмета, благих свойств так или иначе перейдёт к носителю имени. Никаких "имён-обманок" с ругательным смыслом не может быть в принципе. Маленьких квэллиэн зовут (если переводить по смыслу) как-то в духе Ночная Электричка, Свет Сумерек, Песнь Электричества, Искра-в-Ночи и так далее. Гордо и красиво. Никаких "неполноценных" детских имён-прозвищ тоже не существует, и с возрастом первое имя никак не изменяется, являясь первоосновным личным именем в течении всей последующей жизни.
Первая важная перемена в жизни юного квэйла происходит, когда он начинает становиться подростком. С этого момента его начинают обучать тэйре - классическому образовательному своду метрожителей. Преподают тэйру тори-энн, приглашаемые под землю специально для того, или свои же квэллиэн - хранители традиций и наставники в них, так называемые "тэйриэн". Обычно дети из нескольких ближайших общин объединяются для учёбы, занятия проходят поочерёдно на территории каждой из них. По окончании этого своеобразного курса устраивается пышный праздник Завершения Тэйры, что-то вроде выпускного бала, главной частью его программы является концерт, на котором выпускники демонстрируют свои умения.
После же Завершения Тэйры следует ещё один, уже индивидуальный курс обучения - Дни Верха, посвящённый выживанию вне подземки, устройству общегородского социума, общению с другими народами и прочему такому. Юного ученика в большой мир выводит как раз таки его тьелльхиро (Право впервые избрать себе тьелльхиро квэйлёнок получает опять таки после Завершения Тэйры). Когда же и этот курс благополучно окончен, наступает важнейший переломный момент в жизни метрожителя - социальное совершеннолетие и наречение полного имени. С этого самого момента юный ученик считается полноправным членом семьи, может вступать в сексуальные отношения, давать клятвы, путешествовать самостоятельно, участвовать при желании в боевых действиях, в общем - вести жизнь взрослой, самостоятельной личности. Обычно эта взрослая жизнь начинается с путешествия в другую часть Города.
Начало сексуальной жизни вообще никак особо не обозначается и не отмечается, хотя при желании конкретная пара влюблённых может устроить себе "свадьбу", сценарий которой придумывают сами, или берут из понравившейся книги, или пьесы. Вполне допустимы гомосексуальные союзы обоего пола, но гомосексуальность встречается у Ирханы феноменально редко. А вот рождение детей, особенно - первого ребёнка - праздник для всех. Так же наиболее почитаемыми событиями, значимыми для всей семьи и многих соседей считаются завершение какого-либо долгого и сложного творческого труда, переезды и новоселья и благополучные исполнения клятв и обетов, если таковые были даны. К клятвам относятся очень серьёзно, приносят их с большой охотой и исполняют самоотверженно и тщательно. Повсеместно полагают, что приношение обетов и их соблюдение "возвышает душу и оттачивает волю". Дни рождения не празднуются, но считается хорошим тоном, если ребёнок в годовщину своего рождения дарит маленькие подарки своим родителям, кровным и\или приёмным. Взрослые отмечают годовщины принятия полного имени.
И о печальном - похороны погибших и самоубийства. Последние не осуждаются, при условии, что это - спокойное, рассудочное решение и другого выхода действительно нет. Признаётся только один способ сведения счётов с жизнью - убить себя электрическим током, все остальные считаются позорными, нечистыми. "Итрин течёт в моих венах, и в Итрин я вернусь, когда песня моя оборвётся". Останки умерших тоже кроемируют с помощью высокого напряжения, либо, если нет такой возможности, сжигают. Прах собирают в контейнер и закапывают в каком-нибудь месте, которое было чем-то дорого покойному при жизни. Опознавательных знаков на местах погребенний не оставляют, памятные таблички со сведениями об усопших хранятся в родной общине, все действия, связанные с почитанием памяти умершего тоже совершаются дома, а не на месте последнего приюта, так как квэллиэн полагают, что частичка мёри (души, истинной сути) покойного вечно пребывает в родных стенах. Тела погибших изгнанников-охтэннен сжигают по обнаружении, но не почитают никак.



Перечитал заодно давнюю статью Хёндая-сама об основных свойствах ирханских народов. Всё правильно, в общем-то, но там у него проставлена продолжительность жизни - триста лет, и сейчас меня эта цифра смущает, так как по-моему она гораздо больше. (Да и вообще история Ирханы гораздо длиннее, чем нам с вселенцами думалось изначально). Так что будем "копать" дальше.


@темы: Метрожители., Имена и названия.